November 7th, 2013

Не грусти

Подарок к 7 ноября: размышления нерусской женщины о проблемах "русского народа"!

Известная журналистка Маргарита Симоньян накануне "красного дня" в календаре подарила Жителям Живого Журнала замечательные размышления о "русском вопросе" или "национальной идее" в современной России! Простые слова молодой мамы, у которой нет "ни капли русской крови", собрали рекордное число комментариев и откликов! Если Вы еще не читали - почитайте, задумайтесь. Есть над чем! Слава России!

Оригинал взят у m_simonyan в О русских, нерусских и как дальше жить…

Не знаю, зачем я это пишу – наверное, потому что стала недавно мамой и теперь мне еще больше не все равно, чем было не все равно раньше. Мы с младенцем моим не спали прошлую ночь, она – по причине расстраивавших ее колик, я – по причине расстраивавшего меня Русского марша. Потом долго думали, она – о неведомом, я – о русских. Вот результат моих размышлений. (За нее не ручаюсь, ибо она уже три почти месяца как отдельный от меня человек).

Если Россия планирует сохранить себя как государство преимущественно русской культуры и христианских ценностей, то жить так, как сейчас, ей осталось лет …дцать. Потому что лет через …дцать, при текущей динамике, Россия будет преимущественно государством нерусских, и не просто нерусских, а мусульман. И это даже с визами. Визы вообще ни при чем – я тут буду писать о наших, внутрироссийских межэтнических дрязгах, не о мигрантах.

У русских для сохранения Родины в ее нынешнем виде нет другого пути, кроме как больше рожать и больше ассимилировать. Не гнать от себя, не пугать, не резать в метро, а плавить в одну общую культурно русскую массу, в пока еще не существующий единый российский народ всех нерусских, рожденных и выросших на этой нашей земле. Нужно просто один раз перестать играть в чужие контексты и идеалы, в отравивший Европу уже почти до смерти красивенький мультикультурализм, в любой ценой сохранение и укрепление уникальных культур малых народов, в нерусские алфавиты и языки. Наша история, наша культура, наши ценности, наш первый и главный язык – все это должно быть единым, непререкаемым, монолитным, необратимым, не зависящим от того, кто талантливее орет на митинге или трибуне. Раз и навсегда.

Остальное дело техники. Как это делается, сколько нужно на это лет – на воспитание в школах и детсадах, на – о ужас! – госпропаганду единства всех нас как одной монолитной нации, на возвращение соотечественников по этническому признаку, что не стесняются делать ни Греция, ни, тем паче, Израиль, ни даже пугливая на такие темы послевоенная Германия. На СМИ, на законы, на их применение, на книжки, кино, на концерты, телепрограммы, утренники, фестивали, на компьютерные стрелялки – что там еще? Я не специалист. Но полагаю, специалисты бывают. Просто надо один раз так твердо решить.

Хватит кормить Кавказ. Кормить надо российский юг. И этот российский юг должен знать, что его кормят и с ним носятся, пока он ментально российский.

Моя прабабушка убежала в 15-м, в геноцид, из Трабзона, где была ее Родина, в тогда еще русский Крым, от турецких ножей, зарезавших ее братьев, сестер и родителей. Моя бабушка родилась и выросла в Сочи, при этом до 18 лет не говорила по-русски. Моему отцу не разрешили жениться на русской, ибо диаспора не одобряет браки с чужими, даже если эта диаспора живет в уральском Краснотурьинске, где мой отец был рожден. Я сама – четвертое поколение – родилась в Краснодаре, не говорю по-армянски, почти не знаю армянской истории, была в Армении один раз, в 25 лет, с Путиным в командировке, и моя Родина – однозначно Россия. Мой, так сказать, семейный «анамнез» - ужас и трагедия, с точки зрения истории армянского народа. А с точки зрения будущего России – только так и должно происходить.

Маленький дагестанец, ингуш, татарин, калмык (кого еще режут в московском метро?) должен знать, что он, прежде всего, россиянин, а потом уже дагестанец, ингуш, татарин, калмык. Что бы об этом ни думали его родители. Как это знаю я, как это будут знать мои дети. Семья, где я жила в юности, пока училась в США – где мама полька и немка, а папа рыжий ирландец – безоговорочные американцы, и то, что они полька и немка и даже ирландец, заметно только по шуткам на бамперном стикере и веселым этническим праздникам раз в году, вроде Сэйнт Патрика. Для них самих их польскость или ирландскость – это такая «фенечка», а не моделирующая биографию жизненная философия, не кровная принадлежность к другой, нежели усредненно американская, культуре и языку. Так же должно быть у маленького дагестанца, якута, татарина, ингуша.

Впрочем, другой путь, он, как всегда, к сожалению, есть. К лешему всех отпустить. Точнее, прогнать. Особо никто, честно сказать, не расстроится. Прозевали давно тот момент, когда бы расстроились. Если бы не прозевали, сейчас и вопрос бы так не стоял, ибо была бы привычная среднесоветская мир-дружба-жЕвачка, когда мою маму, этническую армянку, родившуюся в России, распределяют преподавать немецкий в Урус-Мартан, и никто ничего такого в этом не видит. Вообще ничего. По крайней мере, ничего страшного.

Другой путь – он пленительно очевидный. И о нем не стыдятся уже говорить как о правильном и возможном люди, которых принято называть приличными. С виду нормальные люди.

Дорогие нормальные люди! Если вас почему-то устраивает Россия в пределах ее Золотого Кольца – без чеченцев, якутов, калмыков, без ханты и манси, без ненцев, татар, ингушей, дагестанцев, без чурок, хачей, черножопых и узкоглазых, без нефти и газа, без золота и бриллиантов, без Байкала, Амура, без южного моря и плодородных земель – тогда, конечно, вперед. Зигуйте дальше. В нашей с вами уже изрядно разболтанной этнической лодке зиговать и поощрять зигование (полустыдливо-полуазартно, от самих себя, кажется, не ожидая такого, отворачиваясь от зеркал, как пьяная девственница, вдруг решившая «Эх, была не была!») – суть один хрен.

Так, чтобы чурок, хачей, черножопых и узкоглазых здесь больше не было, а нефть, бриллианты, Байкал и Амур, газ и моря оставались – так не получится. Хоть обзигуйся. Прогонишь один неказистый, вроде, Кавказ, который, вроде, не жалко – и понеслась. Поезжайте в Якутию, спросите якута, что он о нас, не якутах, думает, в каком гробу он нас видел и как его достало терпеть нас, круглоглазых и бело… – ну, в общем – на исконно якутской земле. Никогда не слышали про якутский национализм? А он, тем временем, процветает. И опасный термин «регионообразующая национальность» в Якутии произносят с той же страстью, что в Москве – «государствообразующий народ».

Сколько лет и усилий уйдет, пока тот якут или дети якута и мысли не смогут перенести, что они – не Россия, не с русскими, не единый народ, как не могут об аналогичном помыслить те мои полька-немка-ирландец, не знаю. Но когда-то же надо, блин, начинать!

Лично меня Россия в пределах Золотого Кольца не устраивает.
И если – God forbid! – придется за это когда-нибудь воевать, ну значит что.
Значит, пойдем воевать.

И, да, пока мне тут не напомнили, напомню сама – я нерусская.
Во мне нет ни капли русской крови. Ни одной. Слава России!

Не грусти

Феликс Дзержинский – фанатичный марксист или реальный противник Сталина?

Одним из руководителе "Октябрьского переворота" 1917 года в России был польский революционер Феликс Дзержинский. Легендарная и противоречивая личность в истории Советского Государства. С одной стороны - фанатичный большевик и сторонник "красного террора" в отношении классовых врагов, с другой - друг Сергея Мироновича Кирова и реальный противник, если не сказать "конкурент", Великого Сталина на посту руководителя ВКП(б)... Вот небольшая зарисовка к его революционному портрету.


ДЗЕРЖИНСКИЙ Феликс Эдмундович (1877-1926).
Родился на хуторе Дзержиново Виленской губернии (ныне Столбцовский район Минской области).
Четвертый из восьми детей польского шляхтича Эдмунда-Руфина Иосифовича Дзержинского и его жены
Елены Игнатьевны Янушевской (дочь профессора Петербургского университета).
По окончании гимназии в Вильно (1895) стал профессиональным революционером.
Участник польского и российского революционного движения. Член РСДРП с 1895 г.
Один из руководителей революции 1905-1907 гг. в Варшаве. С 1907 г. — член ЦК РСДРП.
Неоднократно подвергался арестам. Дважды бежал из сибирских ссылок. В общей сложности почти 11 лет провел в тюрьмах. Никто из большевистского руководства не находился в заключении дольше Дзержинского. В октябре 1917 г. — член военно-революционного центра и Петроградского ВРК.
С 1918 г. — председатель ВЧК (с 1922 г. — ГПУ, ОГПУ).

В 1918 году в ходе восстания левых эсеров был арестован мятежниками, но вскоре отпущен из революционной солидарности. В годы гражданской войны выезжал на разные фронты, где «наводил дисциплину» беспощадным террором. Во время наступления Красной Армии на Варшаву был назначен
членом Временного правительства Польши в Белостоке.
В 1919-1923 гг. — нарком внутренних дел (сменил на этом посту второго наркома Г.И. Петровского), одновременно с 1921 г.— нарком путей сообщения.
С 1924 г. — председатель ВСНХ СССР, кандидат в члены Политбюро ЦК.
С 1921 г.— председатель комиссии по улучшению жизни детей при ВЦИК.
Почетный член "Общества изучения межпланетных сообщений" (1924).
Создатель и председатель "Общества друзей советского кино" (1925-1926).

Дзержинский в тюрьмах

Дзержинский был ярым сторонником ленинской идеи «красного террора». Возглавляя ЧК, ввел систему заложников и классового террора. Один из организаторов советской разведки.

Дзержинский скоропостижно скончался после речи на пленуме ЦК в октябре 1926 года.
По некоторым данным был Сталиным отравлен. Его пророческие слова, видимо, стали последней
каплей для «терпеливого» Вождя Народов: он увидел в «Железном Феликсе» своего противника.

В начале 1926 года Дзержинский писал: «...У меня полная уверенность, что мы со всеми врагами справимся, если найдем и возьмем правильную линию в управлении на практике страной и хозяйством... Если не найдем этой линии и темпа — оппозиция наша будет расти, страна найдет тогда своего диктатора — похоронщика революции — какие бы красные перья ни были на его костюме...» (Некрасов В.Ф. Тринадцать «железных наркомов». М., 1995. С. 62).

Ф.Э. Дзержинский был женат на своей соратнице, профессинальной революционерке Софье Сигизмундовне Мушкат (1882-1962). Похоронена на Новодевичьем кладбище в Москве. У них был сын — Ян.

Я.Ф. Дзержинский (1911-1960). Родился в Варшавской тюрьме. Инженер-конструктор. В 1939-1943 гг. работал в Исполкоме Коминтерна, с 1943 г. — на ответственной работе в ЦК ВКП(б). Много сделал для укрепления советско-польской дружбы.

Из воспоминаний знаменитых свидетелей и очевидцев

Николай Бердяев, которого на Лубянке лично допрашивал Дзержинский, составил его портрет: «…Он произвел на меня впечатление человека вполне убежденного и искреннего. Думаю, что он не был плохим человеком и даже по природе не был человеком жестоким. Это был фанатик. По его глазам, он производил впечатление человека одержимого. В нем было что-то жуткое... В прошлом он хотел стать католическим монахом, и свою фанатическую веру он перенес на коммунизм".

По свидетельству историка Б.И. Николаевского, Дзержинский сопротивлялся подчинению ГПУ контролю Сталина. В 1924 - 1926 годах Дзержинский свою деятельность в "карающих органах революции" совмещал с руководством ВСНХ. Как хозяйственник считал необходимым борьбу с бюрократизмом и введение хозрасчета, упрощение всей системы управления промышленностью, полагая, что иначе "конкурировать с частником и капитализмом, и с врагом нельзя".

Использованы материалы из книг:
• Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997.
• Торчинов В.А., Леонтюк А.М. Вокруг Сталина. Историко-биографический справочник. Санкт-Петербург, 2000.